Сайт церкви ЕХБ «Надежда людям» г. Одесса, ул. Бочарова 25

Больше статей

Язык – неотъемлемое свойство человеческой природы

  • 14.03.2012
  • Просмотров: 1072
Язык – неотъемлемое свойство человеческой природы
Язык, дар речи – главное, что отличает человека от остальных млекопитающих. Мы способны не только говорить о материальных предметах, но и выражать всевозможные мысли и чувства; обсуждать не только реалии прошлого, настоящего и будущего, но и отвлеченные, гипотетические вопросы.

Люди экспериментировали с определенными видами птиц и зверей, пытаясь обучить их реагировать на определенные слова. Так, например, удалось научить шимпанзе жестами выражать ограниченный набор понятий. Однако ни один из видов животных не обнаружил языковых способностей, которые бы хоть немного напоминали бы дар речи его учителей, то есть людей.1 Воистину мы «дивно устроены».

Язык – неотъемлемая часть человеческого существования. Благодаря языку мы занимаем особое место в царстве животных. Каким же образом люди приобрели дар речи? Что это – благоприобретенная способность, результат эволюции первобытного хрюканья и мычания, или внутренний, неотъемлемо присущий человеку атрибут? Философы и лингвисты обсуждают этот вопрос давным-давно, в особенности с тех пор, как Чарльз Дарвин популяризировал теорию эволюции.

Многие специалисты, не желая допустить саму мысль о существовании Творца, пытаются объяснить появление и развитие языка и речи естественными причинами. Они уверяют нас, что в процессе эволюции у человека развился речевой тракт как раз такой формы, какая необходима для произнесения различных звуков речи, и что по мере увеличения мозга развивалась также способность управлять речевым трактом и использовать его для общения. Поначалу, говорят нам, человек общался посредством хрюканья и мычания, но за долгий период времени он довел их до уровня, который мы сегодня называем речью.

Объяснение языку пытался найти и известный лингвист ХХ века Ноам Хомский. Не будучи креационистом, он, тем не менее, в отличие от многих своих современников, пришел к выводу, что способность к языку дана человеку от рождения.2 Сегодня это можно утверждать с большей обоснованностью.3
Дети легко усваивают язык

Наблюдать за тем, как ребенок овладевает речью, потрясающе интересно. Поначалу дитя вообще не умеет говорить. Но после того как в течение нескольких месяцев ребенок слышит обращенную к нему речь и общение вокруг него, он начинает произносить вполне различимые слова. Какое-то время, изучая собственные возможности, он просто лепечет, издавая бессмысленные звуки. Затем в речи ребенка появляются отдельные слова (как правило, это «мама», «папа», «баба» и т. д.), потом простые словосочетания (например, «пить сок»), а потом и предложения. Какой бы сложной ни была грамматика родного языка, ребенок овладевает и пользуется ею. К пяти годам он осваивает все основные грамматические структуры, хотя словарный запас у него совсем невелик. Затем лексический запас начинает расти не по дням, а по часам, и к подростковому возрасту ребенок накапливает новые слова уже с фантастической скоростью. Сама способность к усвоению языка свидетельствует о том, что стремление к общению заложено в нас изначально. Но это еще не все.

Когда ребенок растет среди людей, лишенных слуха, то этот внутренний импульс к общению особенно заметен, так как общение возможно и без устной речи. Если ребенок глух и родители общаются с ними языком жестов, ребенок быстро учится выражать свои мысли и чувства жестами. То же происходит, если и ребенок, и родители глухи. Если же родители лишены слуха, а у ребенка он не поврежден, то ребенок в общении с другими людьми осваивает и естественный язык, на котором говорит так же бегло, как и на языке жестов. В итоге такой ребенок становится билингвом, потому что язык жестов – полноценный язык, с нормальной грамматикой, с нормальным синтаксисом,4 только вместо звуков используется мимика и жестикуляция. Таким образом, желание и способность общаться посредством языка у человека есть всегда, независимо от дара речи.5
Никарагуанские глухие дети

Поистине удивительный пример того, как это происходит, приводит Питер Радецки6 в статье о лишенных слуха детях в Никарагуа. В 1980 году в стране были учреждены школы для слабослышащих, объединившие около 500 детей. До этого в стране не было единого языка жестов: дети из разных концов Никарагуа общались со слышащими родственниками при помощи жестикуляции, но набор жестов у каждого ребенка был свой.

Однако, оказавшись в школьных стенах, дети быстро начали создавать единую систему жестов. Поначалу она была примитивной, но очень скоро превратилась в настоящий язык с характерными грамматическими и синтаксическими правилами. Джуди Кегл (Judy Kegl), невролог-бихевиорист из Университета Ратджерса, назвала это «первым документально подтвержденным случаем рождения языка». Она поясняет: «Малыши лет трех-четырех подхватывали и усваивали этот самодельный “пиджин” – и так, благодаря собственной способности к порождению языка, создали полноценный язык». У этого языка жестов не было прецедентов. В нашем обществе язык жестов передается от поколения к поколению; у этих детей такой возможности не было. Их язык целиком и полностью разработан ими самими. «У детей не было ничего, что могло бы послужить им моделью, – утверждает Кегл. – Это ясно свидетельствует о том, что способность к языку дана нам от рождения».7
Язык был дан Адаму изначально

С самого начала первым людям, Адаму и Еве, была дана способность общаться друг с другом (и Богом) при помощи языка. Это включает в себя интеллектуальную способность (и желание) общаться, физическую возможность издавать звуки речи, способность их слышать и, наконец, опять-таки интеллектуальную способность воспринимать и обрабатывать звуки и соотносить их с обозначаемыми понятиями. Поскольку многие слова из тех, что говорил Бог, Адам и Ева слышали впервые, но при этом понимали их, есть основания предположить, что их словарный запас был не приобретенным, а заложенным в них изначально.

Так, сотворив Адама, Бог сказал ему: «От всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла, не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь». Если бы в Адама не было заранее заложено понимание этих слов и грамматических структур, он попросту не понял бы смысла Божьего запрета.

Ведь на тот момент Адам не видел, чтобы кто-то умирал, потому что смерть вошла в мир только после его, Адама, грехопадения (Рим. 5:12). Как же тогда он понял слово «умрешь»? Нам, постоянно сталкивающимся со смертью, значение этого слова более чем знакомо. Мы не любим употреблять его, поэтому стараемся заменять другими, не столь откровенными словами, например «скончаться» или «отойти в мир иной».

В библейском тексте нет и намека на то, что Адам не понял сказанного. Даже если он и не осознавал до конца всей значимости и всего ужаса того, о чем шла речь, он наверняка знал, что это что-то очень плохое. А возможно, Бог объяснил это Адаму ранее, когда говорил с ним в саду. Так или иначе, мы неизбежно приходим к выводу, что Адам знал значение произнесенного Богом слова еще до того, как столкнулся с явлением, им обозначаемым.8

Именно язык был одной из причин того, о чем мы читаем в Бытии 2:20: до сотворения Евы Адам не находил среди всех животных помощника, подобного ему. Ведь животные не могли с ним говорить! Адаму нужен был помощник для полноценного общения и для создания семьи. Вот почему Бог дал Адаму Еву, в которой тот тут же увидел того, кто ему нужен (Быт. 2:23). Бог знал, что для Адама лучше всего, и подарил ему это без всяких условий – так же, как и сегодня Он благословляет всех, кто уповает на Него.

Автор: Кевин Мэй
Источник: христианский сайт "Надежда людям" со ссылкой на origins.